Главная

Биография

Портреты

Поездки

Пейзажи

Педагог

Биография Петрова-Водкина

Десятилетняя работа над композиционными картинами, сложение в процессе ее "науки видеть" естественно подвели Петрова-Водкина к необходимости заняться серьезным изучением передачи в живописи предмета как такового. Собственная концепция пространственного и цветового строя холста требовал от художника ясности понимания предмета как первоосновы изображения, первоосновы - в отличие от любого элемента кар тины, - освобожденной от сюжетной зависимости и психологической окраски. Овладение предметом означало для него решение проблемы передачи в живописи не внешнего правдоподобия предмета, а его сущности. Позднее, на страницах "Пространства Эвклида", Петров-Водкин развил целостную концепцию отношения художника к предмету и указал метод его изучения. "Чтобы додуматься до предметной сущности, - писал он, - необходимо оголить предмет, выключив его декоративность и его приспособленные для человека функции, и лишь тогда вскрываются земные условия и законы его жизни. Тогда уясняются и цвет в его количествах, и форма, обусловливающая цвет, и рефлективная перекличка между предметами, их плотность, прозрачность и вес".

  

Петров-Водкин

Анализируя предметы, Петров-Водкин четко отделяет те, что выполнены в органичных материалах, отвечающих их внешнему виду и назначению, от "дурных предметов" - бутафории "пустотелых декоративностей, подделывательного, дурачащего наши восприятия, смысла". Видимая форма органичных предметов есть, по мнению художника, результат борьбы двух сил - внутренней, воздвигающей предмет, и внешней, ограничивающей его давлением атмосферы: "...каждая деталь на поверхности предмета характеризует эту борьбу двух сил - воздвигания и ограничения".
Особый интерес Петрова-Водкина вызывает вопрос, с которым он, как всякий живописец, сталкивается в повседневной творческой работе, - о сочетаниях предметов: их пересечении и соотношении в пространстве и возникающих при этом оптических аберрациях. "Вскрытие междупредметных отношений дает большую радость от проникновения в мир вещей..., - пишет он. - Закон тяготения из абстрактного, только познавательного становится ощутимым в масштабе близком, простое для всякого восприятия".
Проблема предмета неотторжима для Петрова-Водкина от идей "сферической перспективы". И хотя он отмечает, что "еще больший кинетический смысл" она приобретает применительно к предметам крупного размера - "пейзажным и городским объемам", не мыслимым для него вне сильного "планетарного" движения, точно так же связаны с этим последним яблоки, стаканы, скрипки его натюрмортов.
Изучение Петровым-Водкиным предмета и тем самым работа главным образом над натюрмортом, как утверждал сам художник, не случайно пали на годы революции. Ему казалось, что без этого он не сможет двигаться дальше, не сможет должным образом решать встающие перед ним в искусстве новые задачи. Жанр исчерпывающе определен им в словах, ныне часто цитируемых за их афористичность: "Натюрморт - это одна из острых бесед живописца с натурой.
В нем сюжет и психологизм не загораживают определения предмета в пространстве. Каков есть предмет, где он и где я, воспринимающий этот предмет, - в этом основное требование натюрморта. И в этом - большая познавательная радость, воспринимаемая от натюрморта зрителем". Первая картина советского периода творчества - "1918 год в Петрограде" (1920, ГТГ) несет в себе целый мир чувств и размышлений художника. Это жанровая сцена, доносящая до нас характерные приметы города и облик людей эпохи революции. Но еще больше - это возвышенный образ матери, непреходящий в своей душевной чистоте и нравственной силе. Недаром ее называли в свое время "Петроградской мадонной".
Стоящая на балконе фабричная работница с ребенком на руках - родная сестра тех молодых крестьянок, которых Петров-Водкин с такой любовью писал в середине 1910-х годов. В этой картине он стремился воплотить остро почувствованную им во взбудораженной атмосфере революционной поры новую ипостась образа матери - ее городской, пролетарский вариант. Склонный к трактовке вневременных категорий, Петров-Водкин был необычайно чуток к малейшим приметам конкретного времени. Поэтому в образ молодой работницы, как и во весь строй картины, он внес сложный конгломерат интонаций, специфически присущих Петрограду 1918 года.

Биография:
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19

Более чем когда-либо в его живописи, молодая мать, прижимающая к себе спящего младенца, своим общим обликом, силуэтом, даже одеждой, напоминает мадонну. Мадонну, обострившиеся черты бледного лица которой принадлежат суровым дням начала гражданской войны. Фигура работницы рисуется на фоне перекрестка с типично петроградской аркадой и группками прохожих на пустынной мостовой. Настороженность города сообщает картине ощущение тревоги. И жест матери, импульсивно сжимающей ручку ребенка, воспринимается в этом контексте как выражение ее решимости уберечь сына от голода и невзгод, привести его к новой, лучшей жизни. Художник мастерски находит равновесие - пластическое и эмоциональное - между центральной фигурой и ее окружением, противопоставляя и сливая их в одно и то же время. Всем своим обликом молодая пролетарка - плоть от плоти революционного города, этих скопившихся в очереди голодных, но уже вкусивших свободы людей, она как бы представитель их, но она еще и мать, заслоняющая собой своего ребенка от всех опасностей мира. В этом точно найденном подвижном равновесии и в необыкновенной чистоте образа и заключается редкостное обаяние картины "1918 год в Петрограде", одной из наиболее цельных и значительных во всем искусстве Петрова-Водкина. Как в зеркале, в ней отражается творческая система художника поры его зрелости: картина представляется ему синтезом, неразрывным единством большой философской мысли, сюжета и суммы точно и тонко разработанных индивидуальных приемов пластической интерпретации видимого предметного мира.


Биография - продолжение
Натюрморт

Жанры

Купание
красного
коня


Писатель

Смерть
комиссара


Сон

(c) Козьма Сергеевич Петров-Водкин, 2008. E-mail администратора: sveta {а} kozma-petrov.ru